Тела трепетный овал кисть мою едва держал слушать



Здесь все-таки роман для чтения.

Слишком уж он сюжетен. Причем, автор поставил, на мой взгляд, некий эксперимент взял все коммерческие жанры сразу триллер, любовную мелодраму, фантастику, разбавил все это интеллектуально-философским наполнителем, перемешал и поместил в одну книгу. Как ни странно, гремучий коктейль Молотова удался. Автор не ошибся в пропорциях. Анатолий Тосс увлекает и скучающую домохозяйку, и высоколобого книжника-интеллектуала, и капризную студентку. Будучи многослойным, многоуровневым, но в то же время абсолютно целостным, единым, роман для каждого приберег что-то свое, сугубо личное. Например, в романе есть еще и вставные новеллы так они и вовсе удивительны. Судят доктора. Экспериментатора, так сказать.

Он говорил пациенту которого перед этим долго и тщательно выбирал вы неизлечимо больны. Вам осталось ровно пять месяцев. А все подопытные его были людьми творческих профессий ученые, художники, литераторы Один впал в депрессию, даже узнав, что не болен, все равно не смог оправиться. С другим тоже что-то подобное, а вот третий, наоборот, узнав, что жить осталось недолго, отбросил все ненужные заботы, полностью самовыразился, создал лучшее, что мог, и счастлив. Увы, процент оказался невелик, доктор на скамье подсудимых только из-за этого и переживает. В духе Фридриха Дюрренматта.

Но каков финал, каков приговор. Смертная казнь, разумеется. С отсрочкой приговора. Ровно на один год. Другая новелла о городе, где не существует время. Просто не существует. Еще одна об оживших, овеществленных воспоминаниях. Точнее, только об одном, самом главном за всю жизнь, и ожившим ненадолго.

Там тоже красивый финал.

Мужчина и женщина. Были друг для друга всем, да по дурости раскидало их. И вот, приняв средство, оживляющее их воспоминания, оказываются вдвойне вместе наяву и в прошлом. Все новеллы о времени. О попытках его обмануть. О том же и весь роман. О том, как надо обманывать время. Сизиф и Время, как в древнем мифе. Хотя начинается все смесью триллера в духе Жапризо и отчаянной любовной истории.

То ли древний замок, то ли санаторий, то ли сумасшедший дом. В нем женщина, читающая книги оттуда, кстати, и вставные новеллы. То ли вспоминает она, то ли бредит.

Но начинается все с любви, а закончится должно убийствами. В сущности, так и будет, но автор обманет и героиню с ее фантазиями, и читателя с его ожиданиями, да и время, пожалуй. Неизменны лишь любовь и эротика, причем о последней стоит сказать отдельно. Вообще порнография может быть искусством, эротика почти никогда.

[do_widget id=bodyclick_widget-2]

Тосс сумел избежать слащавости и пошлости, свойственной эротике, грубости, свойственной порнографии, и самое главное идиотского во всяком случае в художественной литературе использования медицинских терминов.

У него вообще нет никаких терминов для обозначения частей тела и пр. А эротика есть. Причем, описываемое на редкость откровенно, описания же ну если не целомудренны, то невинны. И здесь, таким образом, обман наших ожиданий. Ловкость слов и никакого литературного мошенничества. Машина времени и бог из машины.

Фантазии среднего возраста. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Мне нравится это ощущение. Я чувствую себя странно неуклюжей, неуклюжей до несуразности, мне кажется, что части моего тела, всегда такие слаженные, всегда так ловко взаимодействующие друг с другом, сейчас подменены новыми, непривычными и непритертыми.

Я запахиваю куртку, мне не то чтобы холодно сырой, осенний и оттого тягучий воздух легко проходит сквозь одежду.